Киты и дельфины


ЗАКАЗ КНИГ - notabene_book@list.ru





Почему киты выбрасываются
на берег? Отвечает Ольга Филатова. Читать...
Культурно-просветительский центр "Архэ", 14 декабря 2018 года

Киты и дельфины
Филатова О.А.

Редактор: Целлариус Е. Ю.

М.: Фитон+, 2018. — 168 с.
ISBN: 978-5-906811-60-8

Книга "Киты и дельфины" посвящена китообразным, прежде всего тем, которые встречаются в наших морях. Что это за животные, как их изучают, почему о них так мало известно (а о некоторых почти ничего), как они живут и общаются между собой, как выращивают детёнышей - обо всём этом и других поразительных особенностях жизни китов можно прочитать в этой книге. Ведь широко распространённое представление даже о самых известных китах, например о косатках, зачастую представляет собой миф, в то время как реальность гораздо сложнее и удивительнее.

Автор - Ольга Филатова, доктор биологических наук, работает на кафедре зоологии позвоночных биологического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова. Китообразных изучает с 2000 года: сначала косаток, потом другие виды, в частности горбачей и северных плавунов, в последние годы занимается также оценкой распределения разных видов китообразных в морях Дальнего Востока.

Книгу можно приобрести на лекциях Культурно-просветительского центра "Архэ", а также заказать по почте: notabene_book@list.ru


Главы из книги. Гринды, малая косатка, серый дельфин

Этих зубатых китов объединяет несколько общих черт. Во-первых, все они относятся к одному подсемейству Гриндовые, входящему вместе с другими дельфинами в семейство Дельфиновые (раньше, правда, серый дельфин не относился к гриндовым, но его включили туда согласно последним генетическим данным). Кроме того, они похожи внешне — в отличие от прочих дельфинов, для которых характерен более или менее длинный рострум («рыло»), у этих видов голова спереди округлая, и рострума у них почти нет. Зубов у гриндовых меньше, чем у других дельфинов; особенно сильно это выражено у серого дельфина, у которого зубов всего несколько пар, и все они находятся в нижней челюсти. Интересно, что такой же признак — наличие зубов только в нижней челюсти — характерен и для кашалота, при этом питаются кашалоты и серые дельфины схожей добычей — и те, и другие охотятся в основном на глубоководных кальмаров.

Ещё одна черта, объединяющая этих зубатых китов — что все они почти не встречаются в наших водах, хотя и числятся в фауне России. Малая косатка и серый дельфин могут иногда заплывать к нам на юге Дальнего Востока в воды Приморья и южных Курильских островов, но вообще они предпочитают более тёплые воды.


Серые дельфины охотятся в основном на глубоководных кальмаров,
как и кашалоты. Фото: Chase Dekker

Гринды — это не один вид, а целых два — длинноплавниковая и короткоплавниковая. Внешне отличить их в море очень сложно, но во многих районах встречается лишь один из них, что несколько упрощает ситуацию. В северной части Тихого океана встречается только короткоплавниковая, или тропическая, гринда. Подобно малой косатке и серому дельфину, она предпочитает тёплые воды и к нам может заплыть только случайно. Длинноплавниковая гринда обитает в Северной Атлантике, заходя при этом довольно далеко на север — например, их регулярно наблюдают в водах Исландии. Вероятно, они могут иногда заходить в российские воды Баренцева моря, но такие случаи крайне редки.

Гринды — одни из самых социальных зубатых китов. Они обычно ходят большими стадами, состоящими из более мелких единиц.

Социальная структура у них изучена слабо, но по некоторым данным для них характерны семьи, основанные на родстве по материнской линии, как у косаток. Кроме того, гринды наряду с косатками и человеком — единственные млекопитающие, для которых характерна менопауза — пострепродуктивный период у старых самок. Вероятно, это связано с тем, что пожилые опытные «бабушки» заботятся о благополучии всей своей семьи.


Гринды — обитатели глубоких вод открытого моря. Фото: Andrew Sutton

Связи между животными в семьях очень тесные, и иногда это становится причиной трагедий. Гринды — один из видов, для которых характерны массовые выбросы на берег. Если вы слышите в новостях, что несколько сотен дельфинов (или китов) выбросилось на берег — скорее всего, речь идёт о гриндах. По-видимому, причина здесь именно в тесных социальных связях между животными: если часть стада почему-то оказалась на берегу, то все остальные устремляются за ними навстречу смертельной опасности. Даже если некоторых животных удаётся вернуть в море, чаще всего они возвращаются обратно и снова выбрасываются на берег, где лежат их сородичи.


Крупные стада гринд состоят из более мелких единиц. Гринда с детёнышем. Фото: Andrew Sutton

По какой же причине вообще дельфины могут оказаться на берегу? Чаще всего это происходит в местах, где песчаное дно очень полого поднимается к линии прибоя — в этом случае эхолокационные щелчки слабо отражаются от дна, и животные могут просто не осознавать, что они в опасности, пока их не подхватит прибойными волнами и не выкинет на берег. Самим выбраться из прибоя для большинства дельфинов и китов крайне сложно — для этого им нужно сначала развернуться головой к морю, а вместо этого они начинают в панике биться в волнах, ещё сильнее продвигаясь в сторону суши. Поэтому безопасно играть в волнах прибоя могут себе позволить лишь те виды, которые приспособлены к прибрежной жизни и хорошо ориентируются на мелководье — например, афалины. Гринды же — обитатели глубоких вод открытого моря, и встреча с берегом иногда становится для них губительной.


Гринды — одни из самых социальных зубатых китов, связи между животными в семьях очень тесные. Фото: Andrew Sutton

Ещё одна интересная особенность гринд — их «активная гражданская позиция» по отношению к естественным врагам — косаткам. Когда стая гринд слышит звуки косаток, вместо того чтобы обратиться в бегство, они плывут к источнику звука и все вместе атакуют. Косатки, конечно, крупнее и сильнее гринд и имеют более мощные челюсти с крупными зубами, но когда против группы из пяти — десяти косаток оказывается стадо из нескольких десятков гринд, то перевес оказывается на стороне последних, и косатки предпочитают ретироваться. Учёные выяснили, что проигрывание звуков косаток в присутствии стада гринд приводит к тому, что эти дельфины собираются к источнику звука, а вот косатки, услышав гринд, стараются незаметно убраться подальше. В то же время к другим, не представляющим для них угрозы дельфинам гринды достаточно лояльны и даже могут образовывать совместные стада, например, с серыми дельфинами (с которыми их объединяют пищевые привычки — гринды тоже любят полакомиться глубоководными кальмарами, хотя часто охотятся и на рыбу).

Малые косатки внешне похожи на гринд — они тоже чёрного цвета, с округлой головой и такого же размера, но спинной плавник у них другой формы и расположен дальше от головы. Как и гринды, малые косатки очень социальны и тоже иногда выбрасываются на берег большими стадами. Обитают они по всему миру в открытых тропических и субтропических водах. В некоторых районах, например на Гавайях, малые косатки образуют раздельные прибрежные и оффшорные популяции. Они не являются близкими родственниками настоящих косаток и даже не слишком похожи на них. Единственное, что их объединяет — склонность малых косаток изредка нападать на теплокровную добычу. Но это происходит редко, а обычно они питаются кальмарами и рыбой, причём добывают даже очень быструю и крупную рыбу, такую как тунец и корифена.


Малые косатки не являются родственниками настоящих косаток и даже не слишком похожи на них. Фото: Robert McGillivray

Северный плавун и высоколобый бутылконос

Северный плавун — близкий родственник кювьерова клюворыла и командорского ремнезуба. Он тоже кормится на больших глубинах и часто держится над глубоководными каньонами и в районах шельфовых склонов. Но, в отличие от клюворыла и ремнезуба, плавунов намного проще заметить в море благодаря низким, но плотным фонтанам, которые они всегда выпускают, продышиваясь на поверхности. Встретить их можно в водах Командорских и Курильских островов, а также у восточного побережья Камчатки, особенно в Камчатском заливе. Плавуны почти всегда держатся группами, но наблюдать за ними непросто: они выныривают продышаться на несколько минут, а потом заныривают, как минимум, минут на двадцать, а иногда на сорок и больше. За это время группа может пройти под водой приличное расстояние, так что её очень легко потерять, но даже если удаётся дождаться следующего выхода, животные нередко оказывается слишком далеко, чтобы успеть к ним подъехать.


Северные плавуны почти всегда держатся группами, но наблюдать за ними непросто, поскольку большую часть времени они держатся под водой. Командорские острова. Фото: Ольга Филатова

Пока точно не известно, что из себя представляют группы плавунов — семьи ли это, как у косаток, или случайный набор знакомых особей, как у афалин. Хотя плавунов довольно легко отличить друг от друга по рисунку царапин и шрамов, которыми покрыта шкура почти всех животных (кроме самых маленьких детёнышей), исследовать их социальную структуру очень непросто. Даже там, где встречи с ними регулярны (например, на Командорских островах), они случаются слишком редко, а качественно сфотографировать всю группу удаётся ещё реже, так как часто они успевают занырнуть и исчезнуть до того, как исследователи успеют приблизиться на достаточное расстояние.


Северных плавунов в море можно заметить благодаря низким, но плотным фонтанам. Командорские острова. Фото: Ольга Титова

Вопрос о социальной структуре северных плавунов особенно интересен ещё по одной причине. В Японии этот вид является промысловым, и китобои добывают их с помощью гарпунных пушек возле своих берегов. И вот по японским промысловым отчётам вырисовывается странная картина: если среди молодых животных (до 20 лет) пропорция самцов и самок была примерно одинаковой, то среди более старших преобладали самцы, и их доля росла с возрастом. Интересно также то, что у плавунов оба пола имеют зубы. У всех их ближайших родственников — клюворылов, ремнезубов и бутылконосов — зубы есть только у самцов, самки же полностью беззубы. Зубы самцов предназначены не для охоты — это турнирное оружие, и самцы сплошь покрыты царапинами от зубов соперников. У плавунов же пара зубов в нижней челюсти есть и у самцов, и у самок. Шрамы тоже есть у обоих полов, хотя у самцов их больше.


Пока точно не известно, что из себя представляют группы плавунов, хотя стабильных матрилинейных групп исследователи не нашли. Фото: Ольга Титова

Сопоставив эти два факта, японский учёный Тосио Касуя предположил, что самцы плавунов могут принимать участие в заботе о потомстве — для этого они и живут дольше, а зубы самкам нужны, чтобы сражаться друг с другом за самцов. Корни этой идеи лежат в том, что в мире животных, как правило, конкуренция за партнёра определяется родительским вкладом каждого пола. Среди млекопитающих вклад обычно выше у самок: ведь они и вынашивают детёныша, и выкармливают его молоком. Поэтому самцы сражаются за самок или соревнуются в красочных брачных демонстрациях, а самки стараются выбрать своему потомству отца с самыми лучшими генами — того, кто сможет победить или затмить всех остальных. Но у других животных бывает и так, что родительский вклад самца оказывается выше: самка лишь оставляет ему яйца или икру, а он берёт на себя дальнейшую заботу о потомстве. В таком случае конкуренция за партнёров возникает уже среди самок, и тогда уже они устраивают демонстрации и дерутся за самцов (впрочем, не всегда — ведь они «инвестируют» в потомство довольно много энергии, выращивая внутри себя кладку яиц или икринок, и это может уравновешивать вклад самца). Поэтому Тосио и решил, что раз у самок есть боевые зубы, значит, самцы должны заботиться о детёнышах. Впрочем, дальше логика в этой гипотезе пошла наперекосяк. У китообразных отцы обычно не заботятся о детях — ведь для этого нужно быть уверенным в собственном отцовстве, что практически нереально для этих подвижных и сексуальных животных. Поэтому Тосио предположил, что самцы плавунов заботятся о своих родственниках по материнской линии — младших братьях и сёстрах, племянниках и внучатых племянниках. Но в таком случае совершенно непонятно, для чего же самкам боевые зубы — ведь тогда получается, что за партнёров сражаться им всё-таки незачем. Эта гипотеза также совершенно не объясняет более высокую долю самцов среди взрослых и старых животных.

Так или иначе, плавуны до сих пор остаются загадкой. Одно из немногих исследований, отчасти пролившее свет на их личную жизнь, было недавно проведено в водах Командорских островов. Учёные фотографировали китов, идентифицировали их по фотографиям и анализировали, меняется ли состав групп от встречи к встрече. Состав групп оказался довольно изменчивым: подобно афалинам, плавуны объединялись в группы с разными сородичами. То есть исследователи не нашли стабильных матрилинейных групп, которые соответствовали бы гипотезе Тосио Касуи. Но состав групп не был и совершенно случайным: некоторые животные из года в год предпочитали ходить вместе. Например, двух плавунов под номерами 001 и 007 учёные впервые сфотографировали в одной группе в 2008 году; в 2010 и 2013 годах они встречались ещё четырежды и всегда были вместе. Двух других китов под номерами 004 и 008 всё время наблюдали вместе в 2008–2011 годах, и лишь в 2013 восьмой впервые встретился без четвёртого. Такие стабильные альянсы в составе изменчивых групп уже описаны для некоторых видов китообразных — например, для знакомых всем афалин или для атлантических родственников плавунов — высоколобых бутылконосов.


Cеверный плавун. Некоторые животные из года в год предпочитают ходить вместе. Командоры. Фото: Ольга Филатова

Ещё одна интрига, связанная с северными плавунами, состоит в том, что это, по-видимому, не один, а два вида. Впервые такое предположение высказали японские исследователи, проанализировавшие пробы от найденных на берегу мёртвых китов. Среди японских китобоев издавна было принято различать обычную «серую» и более мелкую «чёрную» формы плавунов (по-японски их называют карасу — «ворон»). Генетический анализ показал, что эти формы действительно сильно различаются между собой. Более полный анализ проб плавунов со всей северной части Тихого океана позволил найти ещё один регион, где встречается «чёрная» форма — восточные Алеутские острова. Кроме того, выяснилось, что по генетике «чёрные» плавуны ближе к южному плавуну, обитающему в Южном полушарии, чем к живущей с ними бок о бок «серой» форме. Таким образом, получается, что «чёрные» и «серые» животные в действительности относятся к разным видам.


Высоколобые бутылконосы обитают в Северной Атлантике, предпочитая держаться в открытом море над большими глубинами. Остров Ян-Майен. Фото: Мигел Невес

Бутылконосы обитают по всей Северной Атлантике, но, подобно другим представителям семейства клюворылых — ремнезубам, клюворылам и плавунам — предпочитают держаться в открытом море над большими глубинами, особенно в районах шельфового склона. Считается, что они могут заходить в российские воды в Баренцевом море, поэтому бутылконосы числятся в списке фауны России и даже занесены в Красную книгу. На самом деле Баренцево море довольно мелководно и совершенно не подходит для бутылконосов, да и достоверных сообщений о встречах в наше время неизвестно. Зато их нередко можно встретить западнее — в Норвежском море, особенно в водах вокруг острова Ян-Майен. Бутылконосы обычно держатся группами и не боятся судов, а иногда даже сами подходят к ним из любопытства.


Высоколобые бутылконосы держатся группами и не боятся судов, иногда даже сами подходят к ним из любопытства. Фото слева: Мигел Невес

Источник: сайт о науке "Элементы"


ИЗДАТЕЛЬСТВА | СОЦИАЛЬНЫЕ ПРОЕКТЫ | ПРАЙС-ЛИСТ